«ИСТОЧНИК ЗНАНИЯ» И ЕГО СОДЕРЖАНИЕ. «ТОЧНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ» КАК ПЕРВЫЙ ОПЫТ СИНТЕЗА ПРАВОСЛАВНОГО БОГОСЛОВИЯ
( Новикова И. И. )
Св. Иоанн Дамаскин (ок. 670—750) - монах, священник, советник Патриарха Иерусалимского — по праву занимает почетное место в когорте выдающихся православных богословов. Широкую известность получили его полемические сочинения против иконоборцев. Чистоту православного учения он также отстаивал в многочисленных спорах с манихеями, несторианами, монофизитами и т.д. Но главным его сочинением является «Источник знания». В «Источник знания» входят: «Диалектика, или философские главы», книга «О ересях вкратце» и «Точное изложение православной веры». Этот обширный догматический свод посвящен Косьме Маюмскому. В «Диалектике...» св. Иоанна Дамаскина, по словам самого автора, содержится то, что «есть самаго прекраснаго у греческих мудрецов» [1, с. 13]: Аристотеля, Порфирия, Немезия и других. Здесь речь идет об определении основных понятий языческой логики применительно к христианскому вероучению. Автор говорит, что «философия есть начало всякого искусства: ею всякое искусство бывает изобретено и всякая наука. Философия есть любовь к мудрости, Бог же есть истинная мудрость. Таким образом, любовь к Богу есть истинная философия. Философия есть уподобление Богу» [2, с.41]. А «логика есть орудие для богословия, так же, как и для философии, и помогает излагать предметы отчетливо и в связи» [3, с. 198].
В «Книге о ересях» содержится краткий перечень 103-х ересей и заблуждений. Целью этого собрания заблуждений являлось: «собрать воедино пустословия богоненавистных ересей, для того, чтобы, зная ложь, мы тем больше держались истины» [ 1, с. 13]. Обзор ересей составлен св. Иоанном Дамаскиным по литературным источникам, начиная от Епифания, и заключается богословским исповеданием веры.
Третья часть — «Точное изложение православной веры» — опыт систематизированного изложения отеческих учений - содержит общепринятые взгляды, не являясь плодом самостоятельного творчества. Все богословские идеи этой части содержатся в сочинениях более ранних учителей Церкви. В Отцах св. Иоанн Дамаскин видит богодухновенных учителей, носителей отеческого предания, «ибо все они были общниками единого Духа Святого» [2, с. 10]. «Точное изложение...» составлено на основе творений св. Афанасия Александрийского, Василия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского, Дионисия Ареопагита, Епифания Кипрского, Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского, Максима Исповедника и др.
Св. Иоанн Дамаскин разделил «Точное изложение...» на 52 главы [3, с. 198]. В дальнейшем этот труд был разделен на четыре книги, включающие в себя сто глав. Источниками для св. Иоанна Дамаскина служили: Священное Писание, Творения Отцов и Учителей Церкви, вероопределения Вселенских и Поместных Соборов. В этом труде вопросы догматического содержания рассмотрены не с одинаковой полнотой. Подробно излагается учение о Божестве Сына Божия и учение о двух естествах во Христе. Но нет особой главы о Церкви, Таинства рассматриваются поверхностно, следствия падения Адама едва затронуты. Вместе с тем «Точное изложение...» производит впечатление цельного, стройного научного сочинения, намного превосходящего все ранее предпринимавшиеся попытки систематизации.
Первая книга содержит учение о Боге едином по существу и Троичном в Лицах и о свойствах Божиих. Первая глава носит такое название: «О том, что Божество непостижимо, и что не должно делать изследований и обнаруживать любопытства относительно того, что не передано нам Святыми Пророками, Апостолами и Евангелистами». В этом названии прослеживается связь с великими Каппадокийцами и Дионисием Ареопагитом. (этические же определения опираются на прямыесвидетельства Священного Писания, вотличие от не выраженных до конца апофатических определений. Проводится различие между апофатическим и катафатическим богословием: и Бог открыл то, что «… узнать нам было полезно, а что именно превышало наши силы и разумение, о том умолчал» (1, с.74]. Что касается изложения Троического догмата, то св. Иоанн Дамаскин широко пользовался творениями св. Григория Богослова, который глубже всех проник в существо излагаемого вопроса и лучше всех разъяснил христианские истины, подчеркивая неизреченность Троической тайны. Об этом свидетельствуют следующие тексты: мы веруем «...в единаго Бога... в трех совершенных Ипостасях и познаваемое, и представляющее Собою предмет веры; в Ипостасях неслитно соединенных и нераздельно различаемых, что даже превосходит всякое предание» [1, с.87]; «Троица неисследима... и была, и есть, и будет вовеки. Верою познается и поклоняется, - верою, не изысканием, не исследованием, не доказательством. И чем более исследуется, тем более не познается, и чем более вызывает любопытство, тем более скрывается» [4, с.231—232]. О различии Ипостасей св. Иоанн Дамаскин говорит, что «не слагаются и не сливаются согласно Саввллиеву сокращению, не разделяются согласно Ариеву разделению. Ибо Божество в разделенном — неразделенно» [1, с.97]. Различие Ипостасей только мыслится: «Отец, Сын и Святый Дух суть во всем едино, кро-нерождаемости и рождения, и исхождения, мыслию же разделенное» [1, с.97]. Имена Отца, Сына и Духа обозначают взаимное отношение Ипостасей при тождестве Их «существа, и деятельности, и воли» [1, с.96]. В то же время, согласно Григорию Богослову св. Иоанн называет первую Ипостась «нерожденной». «Единородный же Сын Божий, данный от Отца нераздельно и неразлучно, и в Нем всегда пребывающий, имеет Свою собственную Ипостась сравнительно с Ипостасью Отца» [1, с.90]. Образ рождения на сына и исхождения Св. Духа - непостижим. О Духе же Святом и говорим, что Он от Отца.., но не говорим, что Дух — от Сына... и исповедуем, что Он чрез Сына открылся раздается нам» [1, с.99]. Так о Святом Духе мыслили и Каппадокийцы, в частности, св. Григорий Нисский; преп. Максим Исповедник писал, что Дух «неизреченно исходит по существу от Отца через рожденного Сына» [2, с. 17]; так же звучат и слова Патр. Тарасия в принятом на VII Вселенском Соборе синодике: «Верую... и в Духа Святого, Господа и животворящего, иже от Отца через Сына исходящего» [2, с. 17].
Вторая книга св. Иоанна Дамаскина содержит учение о творении мира видимого и невидимого, об Ангелах, диаволе, демонах, о стихиях, о рае, о человеке и его первоначальной жизни, о страстях и свойствах человека, о Промысле. Обобщая мысли древних отцев, св. Иоанн Дамаскин пишет о творении, как действии Божественного изволения: Бог творит «мысля, и мысль эта, дополняемая Словом и завершаемая Духом, становится делом» [1, с.117]. О повторении св. Иоанном Дамаскиным рассуждений св. Григория Богослова свидетельствует и такая цитата : «...Мысль стала делом, которое исполнено Словом и совершено Духом» [5, с.23]. Как и св. Григорий Богослов, св. Иоанн Дамаскин считает, что причина творения — благость Божия [5, с.23]. Рассуждения св. Иоанна Дамаскина о творении Ангелов также основаны на мнении св. Григория Богослова. Св. Иоанном Дамаскиным использованы «Беседы на шестоднев» св. Василия Великого, «Катехизис» св. Григория Нисского ( в изложении вопроса о сотворении человека), «О небесной иерархии» Дионисия Ареопагита, св. Афанасия Александрийского. Человек сотворен по образу Божию и подобию: «Душу же, одаренную разумом и умом, дав ему посредством Своего вдуновения, что именно, конечно, мы и называем божественным образом; ибо выражение «по образу» обозначает разумное и одаренное свободною волею; выражение же: «по подобию» обозначает подобие чрез добродетель, насколько это возможно для человека. Тело и душа сотворены в одно время, а не так, как пустословит Ориген, что одна прежде, а другое после» [1, с. 151, 152]. Сотворен же человек, как «новый ангел», непричастный злу, «царя над тем, что находится на земле, подчиненного горнему Царю», вследствие своего тяготения к Богу делающегося богом, однако делающееся богом в смысле участия в божественном свете, а не потому, что оно переходит в божественную сущность» [1, с. 152]. Безгрешность обусловливалась не природой человека, а его волей, «ибо добродетель не есть что-либо, совершаемое по принуждению» [ 1, с. 15]. «Душа есть сущность живая, простая, безтелесная, по своей природе невидимая для телесных глаз, без-смертная, одаренная разумом и умом, не имеющая формы, пользующаяся снабженным органами телом», «а тело есть то, что состоит из троякого измерения, то есть имеет длину, ширину и глубину или толщину». [1, с. 153]. Строение и состав тела излагаются соответственно знаниям науки того времени. Промысел Божий есть «со стороны Бога попечение в отношении к тому, что существует», «много образов Промысла Божия, они не могут быть выражены словом, ни постигнуты умом». «Бог предварительно желает, чтобы все спаслись и сделались участниками Его царства», «Бог промышляет о всей твари и чрез посредство всей твари благодетельствует и воспитывает» [1, с. 185—187]. «Бог все наперед знает, но не все предопределяет. Ибо Он не желает, чтобы происходил порок, но не принуждает к добродетели силою. Ибо порок не есть что-либо другое, кроме удаления от добра» [1, с. 187].
В третьей книге, речь идет о Домостроительстве нашего спасения, Боговоплощении, о двух естествах Иисуса Христа и единой Ипостаси, о Богородице Деве, о Господней молитве, о сошествии Спасителя во ад. Содержание этой книги базируется на трудах св. Григория Богослова, Григория Нисского, Василия Великого, Кирилла Александрийского, Максима Исповедника, Афанасия Александрийского, а также на вероопределениях Вселенских Соборов. Учение о воплотившемся Сыне Божием изложено ясно, четко и определенно: «Кто был по природе совершенным Богом, Тот же Самый сделался по природе совершенным человеком; не изменившись относительно Своей природы, также не призрачно только воплотившись, но с плотию, воспринятою от Святой Девы, одушевленною душею как разумною, так и умною, и в Нем получившею свое бытие, соединившись ипостасно, но неслитно и неизменно, нераздельно, не изменив природы Своего божества в сущность Своей плоти, ни сущности Своей плоти — в природу Своего божества, и из божественной Своей природы и той человеческой природы, которую Он воспринял Себе, не соделав одной сложной природы» [1, с. 194-195]. Два естества «...поистине соединились друг с другом в одну сложную Ипостась Сына Божия и... существенное их различие сохраняется в целости» [1, с. 199]. Против Нестория доказывается, что Святая Дева — Богородица: «Само Божие Слово, Которое прежде веков безлетно родилось от Отца... в последок дний ради нашего спасения вселилось в Ея чреве и без изменения от Нея воплотилось и родилось. Ибо Святая Дева родила не простого человека, а истинного Бога... восприявшего от Нея единосущную с нами плоть и давшаго ей в Себе Самом ипостасное бытие, т. е. воспринявшего ее своим Божеством в единство Его Божеской Ипостаси» [1, с.220—221]. Опровергая ересь монофизитов, преп. Максим Исповедник, а вслед за ним и Иоанн Дамаскин подробно развивают учение о двух волях и двух действованиях Богочеловека, об «общении свойств»: «Он имел волю естественно — и как Бог и как человек; но человеческая следовала и подчинялась Божественной Его воле, не будучи возбуждаема собственною мыслию, но желая того, что желала божеская Его воля» [ 1, с.252]. «Плоть имела общение с действующим божеством Слова, как вследствие того, что божественныя действия совершались чрез тело, как бы чрез орудие, так и вследствие того, что Един был действовавший и божески вместе, и человечески... Единым называем и богомужное действование Христа, мы мыслим два действования двух Его естеств: с одной стороны, божественное, свойственное Его божеству, с другой — человеческое действование, свойственное Его человечеству» [1, с.256—257]. Христос также воспринял и естественные беспорочные страсти -он действительно страдал, скорбел, уставал, алкал и жаждал, боялся смерти. Но эти страсти, естественные человеку, испытывались Христом добровольно. Божество и человечество во Христе пребывали нераздельными не только в жизни, но и в смерти: «хотя Христос и умер, как человек, и святая Его душа была разделена от непорочного тела, но божество осталось неотделенным от той и от другого, то есть, души и тела, и даже при таких обстоятельствах единая Ипостась не разделилась на две Ипостаси, ибо и тело, и душа в одно и то же время — с начала возымели бытие в Ипостаси Слова» [1, с.267]. Тело Господа по смерти не испытало разложения на элементы, Душа обожествленная сходит во ад, дабы проповедовать и находившимся в аду; «разрешив тех, которые от веков были связаны, Он возвратился назад - от смерти к жизни, проложив для нас путь к воскресению» [1, с.269].
В четвертой книге св. Иоанна Дамаскина идет речь о последствиях воскресения Христова, о причинах вочеловечения Бога-Слова, о вере, крещении, таинствах, иконах, книгах Священного Писания, о происхождении зла, об антихристе и воскресении. В этой части особенно ощущается влияние св. Григория Назианзина, Афанасия Александрийского. Василия Великого, св. Григория Нисского, Дионисия Ареопагита. Автор отмечает, что Господь наш Иисус Христос «из частей естества не устранил от Себя никакой: тела, ни души, но имеет и тело, и душу, иную как разумом, так и умом, как способноостью желания, так и способностью действования, и таким образом сидит одесную Отца,. и божески, и человечески желая нашего спасения» [ 1, с.270]. «Он сделался Сыном человека, воплотившись от Святой Девы и не лишившись сыновняго свойства» [ 1, с.273]. Через крещение мы совлекаем с себя все покрывало, которое было на нас от рождения, то есть грех, и принимаем имя духовных израильтян и народа Божия» [1, с.285]. «Так мы причащаемся от единаго хлеба, то все делаемся единым телом Христовым и единою кровию, будучи составляющими одно тело со Христом. Причащением же называется таинство потому, что чрез него мы причащаемся божества Иисуса» [1, с.297]. «Должно почитать святых, как друзей Христовых, как чад и наследников Божиих» [1, с.303|. Говоря о почитании икон, св. Иоанн Дамаскин цитирует св. Василия: «честь, воздаваемая изображению, переходит на первообраз» [1, с.307]. В главе о Священном Писании приводится список книг и говорится о пользе исследования Писаний, ибо это дело есть «прекраснейшее и душеполезнейшее». Антихрист придет в конце мира к иудеям, не принявшим истинного Христа; родится от блуда и тайно воспитывается, внезапно воцарится и будет притворно наружно показывать свою «святость», когда же окончательно утвердится, покажет свое истинное злобное лицо. Будут посланы Энох и Илия, «поэтому никто пусть не ожидает Господа с земли, но - с неба, как Он Сам поручился в этом» [1, с.339]. «Верим же и в воскресение мертвых... воскресение есть, конечно,вторичное соединение и души, и тела, и вторичное воздвижение разрешившегося и умершаго живого существа» [1, с.339]. Вопрос о воскресении прослеживается на основании Откровения, вначале ветхозаветного, а затем и новозаветного. «Итак, мы воскреснем, так как души опять соединяются с телами, делающимися бессмертными и совлекающими с себя тление, и явимся к страшному судейскому седалищу Христову.» [1, с.344].
Таким образом, «Точное изложение православной веры» не является итогом самостоятельных богословских размышлений, а есть «свод того, что было уже сказано Отцами с присовокуплением немногих добавлений, принадлежащих ему (св. Иоанну Дамаски-ну. — И.Н.) лично» [1, с.58]. Это — собрание наследия древней Вселенской Церкви, причем преимущественно сочинений восточных христианских писателей. Свидетельств западных авторов приводится немного — либо из-за их малодоступности для св. Иоанна Дамаскина, либо потому, что автор отдавал предпочтение богословию величайших светил Востока, более которых поданным вопросам сказать невозможно. Отмечается некоторое влияние знакомства св. Иоанна Дамаскина с философией, в частности, с Платоном и Аристотелем, но критики отмечают, что «он пользовался или такими мыслями названных нехристианских писателей, которые к богословию отношения не имели, или приемами их, с помощью которых удобнее можно было ему раскрывать и обосновывать свои чисто христианские воззрения. Иногда положения языческих писателей приводились им только для их опровержения» [1, с.61]. Все догматы обоснованы ссылками на Священное Писание, на святых Отцов и учителей Церкви. Изложение материала являет нам опыт сочетания интересов веры с требованиями науки. Таким образом, «Точное изложение православной веры» представляет собой замечательный труд в истории богословия, является высоким образцом для позднейших догматистов.
Литература
1.Св. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. — Ростов-на-Дону, 1992.
2.Св. Иоанн Дамаскин. Диалектика, или философские главы / Предисловие Г. Ф. Флоровского. - М., 1999.
3.Филарет Гумилевский, архиепископ Черниговский и Нежинский. Историческое учение об Отцах Церкви. - М., 1996.
4.Свящ. Г. В.Флоровский. Византийские Отцы V—VIII веков. — М., 1992.
5.Святоотеческие тексты догматического содержания Хрестоматия к спецкурсу по догматическому богословию. — М., 1999.
6.Протоиерей Иоанн Мейендорф. Введение в святоотеческое богословие. — Вильнюс-М., 1992.
7.Архимандрит Киприан Керн. Антропология св. Григория Паламы. — М., 1996.
Книги и статьи«ИСТОЧНИК ЗНАНИЯ» И ЕГО СОДЕРЖАНИЕ. «ТОЧНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ» КАК ПЕРВЫЙ ОПЫТ СИНТЕЗА ПРАВОСЛАВНОГО БОГОСЛОВИЯ
